Волшебство сна

И нет пророка в своем отечестве

Много ли в жизни человека более странного и удивительного, чем сон и особенно сновидения? Тем не менее, большинство людей воспринимают сон как удовлетворение некой непонятной потребности, которая отнимает время от “важной” дневной жизни. Главное - побыстрее заснуть и хорошо выспаться. Даже столь странный феномен, как сновидения мало кого заметно интересует.

Более того, рядовым случаем является почти полное непонимание того, что вообще кроется за словом сновидение и даже, что на самом деле было ночью и теперь смутно помнится как сон. Именно так было у меня на протяжении десятков лет и это меня совсем не волновало. Иногда ведь и днем самопроизвольно фантазируется, мечтается и почти всегда что-то крутится в голове. А собственно происходит ли ночью что-то принципиально отличное от подобных переживаний?

Потребовалась специальная настроенность и целенаправленная работа по анализу ночных переживаний, чтобы убедиться, что феномен сновидений действительно существует. Хотя в последствии выяснилось, что многие сновидения не столь уж принципиально отличаются от некоторых самопроизвольных дневных фантазий.

То, что мир сна может быть предельно реалистичным, оказалось для меня потрясающим открытием, которое я сделал в серии целенаправленных экспериментов в осознанных снах. Я ходил и очень критично разглядывал, изучал окружающее, прикасался ко всему, чему мог, брал в руки различные предметы и тщательно ощупывал их, пробовал на вкус различные продукты и внимательно слушал речь окружающих и общался с ними, задавал им разные вопросы и анализировал их ответы…

Теперь мне кажется таким странным, что многие люди даже не задумываются о том, насколько реалистичен мир сновидений и все в нем переживаемое. Мало кто догадывается, что сновидения можно исследовать прямо в них самих, как настоящие неизведанные страны.

Открытие столь полной реалистичности сновидений вместе с ростом количества осознанных снов породило много приятных переживаний и надежд, и на их фоне - эмоционально очень приятных снов. Но шло время. Вот я опять в очередном осознанном сновидении. “Я иду по улице города и спонтанно осознаю, что это сон. Ясно вижу дома и идущих навстречу людей. Все вокруг абсолютно реалистично, как уже в десятках или сотне снов до этого. Растерян, не знаю, что мне делать в этом сне. Летать не хочется - уже налетался, а иных интересных идей и мыслей не появляется. Снова продолжаю идти и продолжаю рассматривать дома и людей… Все такое обычное и неинтересное. А сон так же скучно все тянется и тянется”.

И подобные скучно неинтересные осознанные сны спонтанно возникали не столь уж редко после того, как прошел период восторга от встреч со столь необычным феноменом, и когда осознанные сны стали почти столь же привычны, как и обычные. Иногда осознанные сны были достаточно утомительны или оставляли после себя болезненные ощущения в области глаз или просто головную боль.

Потом я обнаружил, что не только обычные, но и осознанные сны для многих людей не являются чем-то диковинным, интересным или желанным. Более того, не мало из моих знакомых, которые испробовали осознанные сны, пришли к выводу, что осознанный сон является заметно менее позитивным переживанием, чем обычный. Что вообще противоречит и утверждениям С.Лабержа и моему собственному мнению, но переубедить я их не смог.

В целом существуют достаточно специфические области интереса к снам и сновидениям (по крайней мере, в России, если судить по книжным прилавкам, русскоязычным страницам в интернете и опыту личных знакомств). Это:

Насколько я понял, мало кому удалось извлечь что-то конкретно практически полезное из занятий осознанными снами или из увлечения иными сну подобными состояниями сознания. Лично я встретил лишь пару человек, у которых это все же получилось. Один в сну подобном состоянии создает литературные произведения, а другая - конструирует сценические танцы. Но это весьма специфичные люди, да и используют они далеко не классические формы сна. Собственно такое же впечатление у меня сложилось после знакомства с описаниями полезных применений осознанных снов в книгах С.Лаберже.

Похоже обычные осознанные сны и методы их достижения по-настоящему практически полезны в основном для целей исследования сновидений “изнутри” самим спящим и еще для некоторых психотерапевтических применений. Во всяком случае, один из самых опытных осознанных сновидцев - сам С.Лаберж не описывает собственных примеров иных достижений. Осознание себя во сне практикуется как некая самоцель, как “спортивное упражнение” или как чистое удовольствие. В качестве действительно полезных примеров описываются мало похожие на обычные сны переживания, скорее всего, весьма особенных людей. Которые наверно пришли к ним какими-то своими уникальными путями.

Мой личный интерес к сну и сновидениям развивался очень постепенно и достаточно своеобразно. Все началось наверно в юности, когда во время учебы у меня сорвались привычные стереотипы сна, и бессонница стала моим постоянным спутником. Некоторое время я принимал различные снотворные, но решил, что невозможно сидеть на них всю жизнь, да и ощущения хорошей выспатости они особо не добавляли. Пожалуй, именно тогда я начал слегка интересоваться сном, но еще не сновидениями.

Первое, на что я обратил внимание - это, что многие болезни обычно проходят именно после ночного сна. Попробовал целенаправленно использовать это обстоятельство для собственного лечения, после того как врач сказал мне, что медицина не может мне ничем помочь в дальнейшем врачевании последствий небольшой травмы позвоночника. Результат оказался настолько хорош, что мой интерес к снам существенно усилился.

Все те лекарства и процедуры, которые мне ранее прописывали, оказались почти ничем (или совсем бессмысленны) по сравнению со всего несколькими ночами сна с не слишком удобным, сделанным наспех устройством для концентрации внимания организма на поврежденном месте во время сна. Как мне потом объяснил другой, более мудрый врач - наличие подобного устройства вовсе не обязательно, если научиться самостоятельно удерживать внимание во сне на больном месте или органе. Что не столь уж сложно, если есть боль. Проблема в том, что в постели и во время сна боль может спадать полностью или о боли и самой болезни совсем забываешь.

После этого я начал (примерно в 1982 году) свои первые исследования сна и знакомство с очень немногочисленной в России литературой по сну. В частности некоторое время записывал на самописце ритмограммы биения сердца и некоторые другие физиологические характеристики организма во время сна. Эти исследования оказались слишком трудоемки в качестве “хобби” и без компьютера малоэффективны. И я их на длительное время прервал.

Вторым, чрезвычайно меня заинтриговавшим открытием явилось осознание факта, что многие и наиболее интересные мысли, идеи, решения жизненных и профессиональных задач приходили ко мне, как правило, во сне или сразу после него. Я попробовал целенаправленно использовать этот феномен для развития способности решения математических и физических задач у своей дочери. И здесь результат превзошел мои самые смелые надежды. Теперь интерес к сну стал совсем стабилен. Но в сновидениях я по-прежнему не находил ничего полезного.

Наконец в конце 1990 года я очень заинтересовался феноменом эйдетического мышления и начал практиковать различные упражнения и тренинги для его развития у себя. В том числе во время ночного сна. Само это мышление мне удалось развить лишь в весьма слабой и нестабильной форме, но в процессе тренировок я наткнулся на множество очень забавных феноменов. В частности, у меня появилась, и начала резко расти способность к осознанию себя во сне или к вхождению в сновидение непосредственно из состояния бодрствования. Только теперь я, наконец, обратил серьезное внимание на удивительное разнообразие форм сновидений и вообще того, что может происходить во сне и сновидениях.

Появилась уверенность, что сон и сновидения скрывают в себе некие нетривиальные и фантастические возможности, что-то почти сказочно волшебное. И я решил направить все свои силы, средства, ресурсы на то, чтобы прорваться в этот волшебный мир. Попытался найти сторонников или возможных участников для этого прорыва, но лишь выяснил, насколько ничтожен интерес к сну у окружающих, даже у психологов и медиков.

Примерно через год (в 1995 году) аппаратура была готова, и я приступил к экспериментам с ней. Сначала в одиночку. Потом вместе с дочерью и с несколькими знакомыми. В результате удалось узнать много интересного о сне и происходящих в нем процессах, но большинство надежд получить какую-то практическую пользу от этих занятий так и остались надеждами.

Кроме того, оказалось, что:

Это все верно в основном для экспериментов “в одиночку”, без партнера. Практически все эксперименты с бодрствующим партнером, особенно с дочерью надежно давали интересные результаты. Впрочем, их было совсем не много.

Теперь мой интерес к сну и сновидениям уже не угасает. Хотя и не то, что я ожидал, но нечто для меня полезное все же получается. Намного приятнее стали мои обычные сны, а главное окрепла уверенность, что именно здесь во снах, в собственном подсознании скрываются несметные богатства, что-то невероятно интересное. В частности:

Обнаружились необычные феномены и состояния сознания, которые в принципе могли бы быть практически полезны. Например, такие:


Как быть со столь значительной разницей в оценке преимуществ осознанного сна по сравнению с обычным, которые наблюдаются у разных людей?

Сновидение есть очень необычный феномен, в котором многое зависит от самого сновидца, зависит от настроения, от убеждений, от дневной жизни… Если ты очень веришь в чудесность осознанных снов, очень ждешь их и вот, наконец, они приходят, то очень велика вероятность, что эти сны будут сопровождаться достаточно восторженными чувствами. Если ты изначально настроен к ним слишком критически, то, скорее всего, такие сны тебя лишь утомят. Если у тебя нет интересного занятия или дела для вдруг наступившего осознанного сна, то такой сон вполне может оказаться скучным.

Практика осознанных снов требует заметных усилий, и эти сны обычно требуют более интенсивной работы мозга и психики. Особенно на первых порах, пока ты их только осваиваешь.


Мир сна это действительно в некотором смысле настоящий мир. Что из того, что он возникает лишь в пространстве нейросети мозга и лишь на время? Живешь то ты в нем вполне по-настоящему. И занимает такая жизнь более полутора часов в сутки, причем жизнь эта весьма активна и богата. Важно и то, что эта жизнь тесно связана с твоим подсознанием, с той частью души, которая в иное время тебе практически не доступна.

Подсознание это как целый мир в недрах души, а сны как быстро зарастающие тропинки в эти недра. Все это столь мало изведано и изучено по сравнению с физическим миром, с местами, где мы обитаем.

Как раз это и позволяет верить, что именно в подсознании и во снах могут скрываться несметные богатства, но очень особенные. Там могут таиться ключи к здоровью, может быть к долго не угасающей молодости, к самым разным умственным и физическим способностям, к пониманию самого себя и возможно к такому, что пока нельзя даже вообразить. И все это рядом, прямо в тебе самом. Хотя часто кажется, что клады и удивительное можно найти где-то там далеко, в чужих неизведанных странах или в космосе.

Сны ^